Историю Израиля библейских времен можно поделить следующим образом:
Патриархи
Времена патриархов, начинающиеся с Авраама (XIX в. до н.э.), простираются до Иакова (именуемого также Израилем) и его сына Иосифа. Иосиф, водворившись в Египте, где он становится приближенным фараона, знаменует своего рода перелом. В этой стране дети Иосифа воссоединятся со своими двоюродными братьями и сестрами, пока вскоре потомки Израиля не окажутся порабощены фараоном, пришедшим на смену покровителю Иосифа. Они утрачивают вкус свободы.
От исхода из Египта (около 1250 г. до Р.Х.)
до вхождения в Землю Обетованную (конец XIII в. до Р.Х.)
Евреи, как называли себя потомки Израиля, будут освобождены — во многом против собственной воли — Моисеем, имя которого, даже если и можно обнаружить его левитское происхождение, как бы разъединено с линией патриархов. Под предводительством Моисея начинается шествие свободы (так называемый Исход), которое открывается пасхальной ночью, празднуемой каждым домом сынов Израилевых в Египте. Чудо перехода через Красное море подтверждает миссию Моисея. Бог на горе Синай заключает союз с этим народом, даруя ему через Моисея Закон. Пройдя пустыню, народ выходит к Иордану, и этот рубеж Моисею не суждено перейти. Он умирает, так и не войдя в Землю Обетованную — Ханаан. В качестве вождя его сменяет Иисус Навин, который ведет народ через Ханаан к Сихему. Колена (племена) Израиля расселяются от Иудеи до верховий Иордана.
Расселение колен и период Судей (1200-1030 гг. до Р.Х.)
Схематизация библейского повествования позволяет угадать две вещи. Во-первых, после исхода из Египта Моисея сопровождали не только потомки Авраама. Во-вторых, образование двенадцати племен, каждое из которых представляет собой потомков Иакова, — это всего лишь удобное упрощение. Народ Израилев медленно созидает свою идентичность, не без участия тех народностей, которые вливались в него в различные эпохи, в том числе и на территории Ханаана. Время, именуемое периодом "Судей" (таких, как Самсон или, в завершение, Самуил), показывает, как власть переходила от одного колена к другому, при том что они никогда не оказывались собраны воедино. Основным врагом теперь является другой захватчик Ханаанской земли — филистимляне. Если бы не было необходимости объединиться против них, то неизвестно, когда еще Израиль стал бы монархией.
Цари, Храм, пророки (1030-587 гг. до Р.Х.) — до Вавилонского пленения
Несмотря на все отрицательные стороны монархии, о которых предупреждал Самуил, правление Давида оказалось временем решительного перехода от нестабильности к укорененности. Царский престол, покоренная, наконец, земля. Храм (в правление Соломона) — всё это символизировало исполнение обетования и представляло собой зримый образ присутствия Бога среди людей. Израиль живет в общих условиях международного обмена, проявляя в этом мудрость, символом которой становится Соломон. Израиль идет дальше Израиля и начинает задумываться об общечеловеческом — через образ Адама. Много позже Когелет (Екклесиаст) высветит обратную сторону славы Соломона. По окончании его правления Израиль быстро разделяется на два царства. На Севере, отделенном Иеровоамом от Иерусалимского престола, ни одна династия долго не удерживается. Илия, который живет на Севере в IX в. до н.э., становится свидетелем того, как поколебалась верность его страны Богу Моисея. Чудеса, столь обильно сопровождающие деяния Илии, являются знаками близости Того, Кто недосягаем для человека. Илия обращает сердца людей к невидимому и к пределам грядущего. Череда пророков продолжается до VI в. до н.э. и завершается двумя пророками, которые собственной плотью ощутили всё бедствие Израиля: Иеремией и Иезекиилем. Это бедствие — Вавилонское пленение; новый Исход становится переходом от образа славы к славе без образа, от укорененности к утрате корней. Временам монархии суждено было стать временами пророков, оказавшихся вождями нового Исхода и рисковавших, как некогда и Моисей, собственной жизнью. В горниле бедствия они были свидетелями, обновлявшими дарованную когда-то Аврааму надежду для его народа и всех народов.
Возвращение из плена, эпоха второго Храма
Плен завершается благодаря персидскому царю Киру (т.н. эдикт Кира 538 г. до н.э.). Неемия и Ездра с надеждой принимаются за дело возрождения Израиля. Вместе с тем это время становится эпохой Книги, которая создается или воссоздается одновременно с восстановлением памяти народа. Книги большинства пророков продолжают разрастаться и после их смерти. Храм окажется центром земного пространства для тех, кто не смог вернуться из плена, но Книга будет собирать их всех воедино, по мере созидания из множества книг, как очень древних, так и новых, одной-единственной книги — Библии Израиля. Благодаря монархии, но также и благодаря плену Библия, вовсе не становясь только лишь историей Израиля, говорит — почти на каждой странице — скорее об истории отношений, складывающихся между Израилем и другими народами, между детьми Авраама и детьми Адама. Дело совершенно внутреннее, и дело рискованное. Прежде всего, Иов, но также Иона, Товия, Есфирь, Иудифь — фигуры пограничные. Даниил (книга написана ок. 164 г. до н.э.) языком тайнописи свидетельствует об опыте мученичества и о надежде воскресения.
